Леонид Черновецкий:
Мэр Києва. Подход к прессе после коллегии КМДА. 12 мая. / 12.05.2006 13:29
Никто не с рогами, никто не с копытами Предистория: Черновецкий пожаловался чиновникам мэрии, что один из подчиненных сообщил ему о крысах в подъезде его дома размером с кошку. Мэра возмутило то, что подчиненный не говорил ему об этом раньше. Леонид Михайлович с сожалением отметил, что киевляне не привыкли сообщать о своих проблемах, но скоро все должно изменится. Черновецкий: Я живу в пространстве, которое никакого отношения к этим проблемам не имеет. Проснулся, сделал зарядку, побежал на работу. Вот и все – день закончился. Крысы за мной не бегают. Какие проблемы Вас интересуют? Завтра Вы услышите (на субботу запланирован личный прием Черновецкого жителей Киева в здании мэрии – «proUA».). Журналист: Что Вы хотите услышать? Черновецкий: Я хочу услышать все, что только есть. Ничего не существенного не существует. Я не политик, я хозяйственник, я мэр. Я обязан реагировать на то, что волнует киевлян. Журналист: С 1 мая поднялись цены на газ для всего населения Украины, но Киевсовет ограничил повышение цен для киевлян, как Вы будете поступать? Черновецкий: В пользу киевлян. Журналист: Вопрос о социальной защите Черновецкий: Бюджет Києва постійно збільшується завдяки тому, що я не втручаюсь и не даю втручатись в процеси. Він уже на 40 млн. за три неділі зріс. Ніяких проблем з грошами, я вважаю, у нас не буду, якщо тільки все буде політично стабільно. Журналист: За рахунок чого зріс бюджет? Черновецкий: За рахунок того, що менше стали брать. Журналист: Какими будут новые кадровые назначения? Черновецкий: Концепция следующая. Есть специалисты да? Без которых… Это только при коммунизме незаменимых людей нет… Есть незаменимые люди. Я хочу разобраться в том, что происходит. Ничего резкого я делать не собираюсь, потому, что это будет мешать киевлянам нормально жить. Хотя, у меня есть какие то претензии, какие то ощущения, но не все сразу. Никаких революций, революция была в 1917 году и была от того, что мы жили не так как надо. Это точно. Журналист: Почему представлены только 5 глав районов, хотя избрано уже 8 человек? Черновецкий: Это технических вопрос. Но я не буду представлять тех, кто уже был главой. Я обещал, что ни один глава не останется, и я для этого постараюсь сделать все. Журналист: А, если глава будет с «Нашей Украины»? Черновецкий: А мне какая разница? У меня нет никакой Украины, кроме той, которую хотят видеть киевляне. Киев – это не Украина. Это столица города, столица Украины. Я хозяйственник, а не политик. «Наша Украина», мой блок, чужой блок, никакого значения не имеет. Никто не с рогами никто не с копытами. Журналист: У Вас буде співпраця з БЮТом в Київраді? Черновецкий: У мене буде співпраця зі всіма, хто хоче допомочь Києву. Журналист: Вы говорили о застройке исторической части Киева, а границы? Черновецкий: Сейчас определяем. Журналист: Как будет застраиваться? Черновецкий: То, что начато было. Если это законно, если я не в состоянии, я не собираюсь ломать закон и заниматься беспределом. Все, что начато было, то, что по закону, пусть останется на совести тех, кто это делал. Это пусть им будет памятником пожизненно, но я отдельно буду об этом говорить. Что смогу я сделать сейчас – я сделаю. Журналист: Вы будете, что-то делать с домом на Грушевского 9-А? Черновецкий: Буду. Я считаю, что Президент Украины абсолютно прав в том, что это було втручання просто прямо в душу Украины. Потому, что это исторична зона, это место общего пользования, это место, которым гордится вся Европа. Киев имеет 2000-ную историю. Все суды с помощью прокуратуры города, руководства прошлого, были проиграны. По этому все основания для достройки этого здания существуют. Но я попытаюсь начать судебное производство в связи с новыми обстоятельствами. Журналист: Ви не вважаєте, що надто мізерні тиражі у комунальної київської преси? Черновецкий: Если она задрыпанная – будут мелкие тиражи. Если она будет выдатна я сделаю все для того чтобы… Журналист: Можливо, треба ширше поглянути на це питання? Черновецкий: Я вважаю, что треба мозги иметь и талант, и она станет выдатной, и все ее будут читать. Журналист: Омельченко місцеве виробництво розвивав за рахунок будівництва, за рахунок якої сфери Ви будете? Черновецкий: Все пока… (Стенограмма «proUA»)
| 
